Как мы рожали в 29 гкб, Москва

Проснулась я как-то в воскресенье в 6 утра от того, что живот тянет. Слааабенько так тянет, но спать при этом не получается. «Фигня, тренировочные, — подумала я. — Сейчас часиков в 10 мужа разбужу и поедем плитку в кухню покупать. А завтра поеду знакомиться с доктором и контракт заключать». И отправилась в ванную — на всякий случай проверить, тренировочные ли (мы же ученые, ага, начитались, что тренировочные там проходят).

Лежу себе в ванной, задремываю… между… потому как не между не задремывается и теплая вода не помогает. Дай, думаю, позасекаю. Позасекала: по 30 секунд через 5 минут, регулярно. Ой, думаю, что-то подозрительно себя ведут эти тренировочные схватки… Время 10. Позвонила доктору Гагаеву. «Ну приезжайте, — говорит, — к часу, посмотрим». Муж тут же кинулся искать транпорт, потому как за руль садиться я отказалась, а заранее мы ничего не готовили — 38 недель же, времени вагон. Ну, все такси нам в течение трех часов пообещали, поэтому мы просто вышли на улицу и подняли руку, предварительно собрав вещи по списку плюс тапки и шоколадки с крекерами для мужа.

Доктор Гагаев встретил нас, спросил, что схватки ( а они были уже через три минуты, но слааабенькие). Стал расспрашивать про беременность, про узи, про мужа, про то, с каким весом каждый из нас родился. Пощупал живот на схватке. «Хорошая, — говорит, — схватка. Идите оформляйтесь, будем рожать». Хопсон, я так и знала, что не тренировочные, даа… Пошли оформляться, врач посмотрел раскрытие (1 см.), тут я сказала, что мне хотелось бы минимального вмешательства в естественный ход родов, без анестезии и стимуляции, если не будет серьезных показаний, конечно. Доктор улыбнулся. «Ага, — говорит. — Начитанные, да? И чтоб на живот положили, и чтоб пуповина отпульсировала, и к груди сразу?». Ну да, отвечаю. «И плаценту вам, небось, отдать?» Неееет, от плаценты я отказалась. В общем, была принята установка на естественные роды — а там как пойдет. Дальше было бритье и клизма. Все это, надо сказать, не так уж скверно, как пишут. Насчет клизмы — правильно, после нее нужно посидеть в туалете подольше. Чтоб уж наверняка.

Потом в коридоре встретили переодетого мужа и мы пошли рожать. Бокс отдельный, стенки непрозрачные, никого не слышно — дети, говорят, любят рождаться по ночам, а уж никак не в воскресенье днем, когда папе даже с работы отпрашиваться не надо.

Схватки стали посильнее, и тут я стала дышать и расслабляться, как учили на курсах, висеть на муже, сидеть на муже, когтить мужу ладошку. В отличие от предыдущего оратора мне все это помогало — ну не описать как. Все мы разные, да… Время шло быстро, а раскрытие медленно. Время от времени приходил доктор, смотрел раскрытие (ооочень больно), качал головой. Попросил лечь, поставили монитор, он потрещал что-то, опять отпустили ходить. Схватки стали больнее, муж стал их продыхивать вместе со мной. Классный способ, кстати, попробуйте. В 6 пришел доктор, сказал, что раскрытие маленькое (3-4), ребенок устал и если за час не будет существенного прогресса, лучше будет проколоть пузырь, ушел. Я стала сидеть на корточках и пробовала всяко-разные позы, чтоб в которых сила тяжести должна помогать ребенку продвигаться.

Доктор вернулся через два часа (давал мне возможность самой справиться), посмотрел — мало, решили прокалывать. Воды были розовые, в норме. И тут кааак началось! Схватки пошли больнее. больнее, больнее… Через некоторое вемя (час? полтора? два?) я не выдержала. Смалодушничала. Попросила укольчик. Сделали промедол и я задремала на час, задремал и муж рядышком на стуле. Когда через час действие кончилось, начало тужить. Раскрытие было полное, доктор велел не халтурить, а вставать с кровати, тужиться приседая и помогать ребенку. Я говорила, что ойойой больно и старалась откосить, но согнали-таки 🙂 В какой-то момент я поймала себя на мысли «как хорошо, что раскрытие полное и тужит — значит, обезболивающего мне уже не дадут, а то бы я, овца, опять попросила». Перевели на кресло, тут все стало понятнее, свет в конце тоннеля замаячил и, царапая мужу ладошку, я родила мальчишку. Его сразу положили на живот (такой котеееенок!), дали отпульсировать пуповине, потом обрезали и унесли измерять-оценивать, муж ушел туда же, а я родила плаценту. Оказалось, что у меня небольшие разрывы на шейке (фиг знает, откуда, без команды не тужилась) и две трещинки (даже разрывами не назвать) промежности. Что вам сказать — шить все это, даже под местной анестезией, было едва ли не больнее, чем рожать. Перевели на каталку, лед на живот, ребенка (3400, 51, 8\8) запеленали и положили под теплую лампу, муж был тут же, все ушли. Скоро пришел неонатолог, сказал, что ребенок слабенький и его мне сразу не отдадут. Я попросила хотя бы к груди приложить, мне сказали, что он сосать не будет, но я настояла, выдавила ему капельку молозива на губы, он слизнул и его унесли. В итоге рожала я 17,5 часов (тут, я смотрю, в последнее время все быстрые :)) ,Контракт муж заключил на следующий день задним числом.

Вот. На этом рассказ о родах, собственно, заканчивается. Про роддом: все прекрасно, даже придраться не к чему. Те девять дней, когда мне ребенка то отдавали, то обратно забирали, я изучила всех акушерок-нянечек и прочий персонал, все были оочень доброжелательны, за исключеием одной детской сестры, которая гаркнула на меня за то, что я носила молозиво в шприце — ей-де неудобно его давать (ребенок был на смеси, но мне сказали приносить капельки, если они есть), но потом сама же пришла в палату, сказала носить в бутылке, сказала, что ребенку надо больше — поддерживала, в общем. Детские врачи очень хорошие. Ну, дальше я рассказывать не буду, это уже не про роды, все хорошо, что хорошо кончается.

В общем, резюмируя, 29 роддом — сплошной позитив, рожать — не так уж скверно. Рожать с мужем — даааа! Он мне очень помог. В следующий раз попробуем рожать без вмешательств.